refik.in.ua 1 2 3 4

Халиль Джебран. Пророк


Приход корабля

О Любви

О Браке

О Детях

О том, как Дарить

О Еде и Питье


О Труде

О Радости и Печали

О Жилищах

Об Одеждах


О Купле и Продаже

О Преступлении и Наказании

О Законах

О Свободе

О Рассудке и Страсти

О Боли

О Познании Себя

Об Учении

О Дружбе

О Разговоре

О Времени

О Добре и Зле

О Молитве

Об Удовольствии

О Красоте

О Религии

О Смерти

Всего Хорошего



Алмустафа, несравненный среди всеми любимых, тот, кто

был рассветом собственного дня, ждал двенадцать лет в городе Орфалесе,

ждал своего корабля, что должен был вернуться и взять его обратно на остров

его рождения. И на двенадцатый год, на седьмой день месяца жатвы он взошел

на холм за городскими стенами и взглянул в сторону моря; и он увидел свой

корабль, выходящий из тумана. Тогда ворота его сердца широко открылись


и его радость брызнула далеко в море. И он закрыл свои глаза и начал молиться

в молчании души своей. Но когда он спускался с холма, грусть вошла в него,

и он подумал в своем сердце: Как я смогу уйти отсюда спокойно и без печали?

Нет, не без раны в душе покину я этот город. Длинными были дни боли, которые

я провел в этих стенах, и длинными были ночи одиночества, а разве может

кто покинуть свою боль и свое одиночество без сожаления? Слишком много

кусочков своей души разбросал я по этим улицам, и слишком много рожденных

моей тоской бродят нагими среди этих холмов, и я не могу уйти от них без

боли и бремени. Нет, не одежду снимаю с себя я сегодня, но кожу сдираю

с себя своими руками. Нет, не мысли оставляю я за собой, а свое сердце,

размягченное жаждой и голодом.

И все же я не могу быть здесь дольше. Море, которое зовет всех в себя,

позвало и меня, и я должен идти. Потому что не прислушаться к зову часов

в ночи и остаться - значит застыть, окаменеть, навеки стать залитым в неизменную

форму. Хорошо бы взять с собой все, что здесь есть, и уйти. Но как могу

я? Голос не может взять с собой язык и те губы, что дали крылья ему. Один

должен он улететь и искать своей цели. Ведь один, без гнезда своего, должен

орел пересекать солнце.

И сейчас, когда он достиг подножья холма, он снова повернулся к морю

и увидел свой корабль, входящий в гавань, а на корабле - моряков, людей

его родной земли. И его душа закричала им, а он сказал: Дети моей древней

матери, вы всадники приливов. Как часто приплывали вы в моих снах. А сейчас

вы пришли наяву, и это глубочайший из снов. Готов я идти, и паруса мои

подняты, и с нетерпением жду ветра я. Только еще один раз вдохну я этот

воздух покоя, еще раз оглянусь с любовью назад. А потом встану средь вас,


моряк среди моряков. И ты, огромное море, -бессонная мать, Ты, кто одна

даешь мир и свободу реке и ручью. Только еще одну извилину сделает этот

ручей, только еще один звук издаст он в своем скольжении. И тогда я приду

к тебе, безграничная капелька к безграничному океану.

А пока он шел, он увидел издали мужчин и женщин, покидающих свои поля

и свои виноградники и спешащих к городским воротам. И он услышал их голоса,

называющие его по имени, перекликающиеся от поля к полю, сообщая друг другу,

что приплыл его корабль. И он сказал себе: Будет ли этот день расставания

днем слияния наших сердец? И можно ль сказать, что закат мой станет на

деле моим рассветом? И что дам я ему, кто оставил свой плуг в вспаханном

поле, иль ему, кто оставил колесо своего виноградного пресса? Станет ли

мое сердце деревом, тяжело согнувшимся от плодов, которые я могу собрать

и дать им? И брызнут ли мои желания, как фонтан, из которого я смогу наполнить

их чаши? Кто я, арфа, до которой может дотронуться рука могущественного,

или флейта, чтобы его дыхание прошло через меня? Но я только искатель молчаний,

а какое сокровище мог найти я в молчаниях, чтобы уверенно мог раздарить

я его? Если это день моего рождения - в какие поля посадил я свои семена

и в какие забытые времена года? И если это будет час, когда я подниму свою

лампу, то не мое пламя будет жечь фитиль. Пустой и темный подниму я свою

лампу. И пусть хранитель ночи зальет ее своим маслом и зажжет ее сам.

Все это он сказал словами. Но много в его сердце осталось невысказанным.

Потому что он сам не мог высказать вслух свои глубочайшие секреты. И когда

он вошел в город: все люди вышли встретить его, и они плакали о нем, как

один человек. И старцы города вышли вперед и сказали: Иди, но не уходи


от нас. Светом полдня был ты в полутьме нашей жизни, и твоя юность дала

нам мечты, чтоб мечтать. Не чужой ты среди нас и не гость, а наш сын и

возлюбленный. Не страдай, хоть наши глаза и будут скучать без лица твоего.

И жрецы и жрицы сказали ему: Пусть волны моря не разделят сейчас нас

и годы, что ты провел среди нас, станут памятью. Ты разбудил в нас высокие

чувства, и твоя тень была светом на наших лицах. Мы так сильно любили тебя.

Но любовь наша была бессловесна, была скрыта покровами. Но сейчас она громко

кричит тебе и выходит к тебе обнаженная. Ведь всегда было так, - любовь

не знает своей глубины до часа разлуки. И другие тоже подошли и умоляли

его. Но он не ответил им. Он только наклонил свою голову; и те, кто стоял

ближе, увидели, как слезы падали на его грудь. И он, и народ пошли на большую

площадь, где стоял Храм.

А там из храма вышла женщина, чье имя было Алмитра. Пророчицей звали

ее. И с особой нежностью взглянул он на нее, потому что она была той, кто

первая нашла и поверила в него, еще в тот день: когда он появился в их

городе. И она приветствовала его, говоря: Пророк Бога, в поисках наивысшего

долга выбирал ты пути для своего корабля. Но сейчас твой корабль пришел,

и ты должен уйти. Ты так тоскуешь по земле твоих грез и страстных желаний,

что пусть ни наша любовь не свяжет тебя, ни наши нужды не задержат тебя.

Но мы просим: перед тем как уйдешь от нас, поговори с нами и дай нам свою

правду. И мы передадим ее своим детям, и они - своим детям, и она не погибнет.

В своем одиночестве ты следил за нашими днями, и в своей бессонице ты слушал,

о чем мы рыдали и смеялись во сне. Потому сейчас открой нам нас и скажи

обо всем, что было открыто из того, что существует между нашим рожденьем

и смертью. И он ответил: Люди Орфалеса, о чем я могу говорить, кроме того,


что и так постоянно живет в ваших душах?



Тогда, сказала Алмитра, расскажи нам о Любви. И он поднял

голову и посмотрел на людей, и молчание снизошло на них. И громким голосом

он произнес: Когда любовь поманит - следуйте ей, Хотя ее пути тяжелы и

круты. И когда ее крылья обнимут вас - не сопротивляйтесь ей, Хотя меч,

спрятанный в крыльях, может поранить вас. И когда она говорит с вами -верьте

ей, Хотя ее голос может разрушить ваши мечты, как северный ветер превращает

в пустыню сады.

Потому что любовь и надевает корону на вашу голову, но она и распинает

вас на кресте. Ведь она не только для вашего роста, но и для подрезания

веток, чтоб придать форму вашему дереву. Ведь она не только поднимается

до самого высокого в вас и ласкает нежные ветви, что дрожат на солнце.

Но и опускается до самых ваших корней, их сотрясает в объятиях с землей.

Как листья кукурузного початка обнимают початок - она прижимает вас

к себе. И как початок, она бьет вас, делая свободным от одежд, оставляя

лишь зерна. И как зерна, она просеивает вас, освобождая от шелухи. И как

чистые зерна початка, она толчет вас до белой муки. И как муку, она месит

вас, превращая в мягкое тесто. И тогда только ставит вас в свой священный

огонь, чтобы вы могли стать священным хлебом на священном пиршестве Бога.

Все это сделает с вами любовь, чтобы вы могли узнать секреты своего

сердца и в этом знании стать частицей самого сердца Жизни. Но только, если

испугавшись, вы будете искать лишь спокойствия любви и наслаждения любви,

Тогда лучше для вас сразу закрыть свою наготу и уйти с молотильного тока

любви, Уйти в мир безвременья, где вы будете смеяться, но не всем своим


смехом, и плакать, но не всеми своими слезами.

Любовь не дает ничего, кроме самой себя, и не берет ничего, кроме самой

себя. Поэтому любовь не обладает ничем, но и ею нельзя обладать, Ведь любви

достаточно только любви.

Когда вы любите, вы не должны говорить: "Бог находиться в моем

сердце", а скорее: "Я нахожусь в сердце Бога". И не думайте,

что вы можете направлять любовь в ее теченьи, потому что любовь, если она

найдет вас достойным, сама направит вас.

У любви есть одно лишь желание - осуществить себя. Поэтому, если вы

любите, пусть у вашей любви будут такие желания: Растаять и стать как бегущий

ручей, что поет свою мелодию ночи. Познать боль чрезмерной нежности. Быть

раненным собственным пониманием любви, И кровоточить охотно и с радостью.

Просыпаться на рассвете с окрыленным сердцем и благодарить за еще день

любви; Отдыхать в полуденный час, размышляя о любовном восторге; Возвращаться

домой вечером с радостью; И засыпать с молитвой за свою возлюбленную в

сердце и песней благодарности на губах.



Тогда Алмитра заговорила снова и сказала: А что ты скажешь о Браке,

учитель? И он ответил так: Вы были рождены вместе, и вместе вы

будете всегда. Вы останетесь вместе, даже когда белые крылья смерти разбросают

ваши дни. Да, вы будете вместе даже в молчаливой памяти Бога. Но пусть

будут свободные пространства в вашем единении. И пусть ветры небес танцуют

между вами.

Любите друг друга, но не делайте оков из любви. Пусть это будет скорее

неспокойное море, колышущееся между берегами ваших душ. Наполняйте чашу

друг друга, но не пейте из одной чаши. Давайте друг другу свой хлеб, но


не откусывайте от одного куска. Пойте и танцуйте вместе и будьте радостны,

но позволяйте друг другу бывать наедине с собой, Ведь и каждая из струн

лютни сама по себе, хотя они вместе звучат в одной мелодии.

Отдайте свои сердца, но не на храненье друг другу. Потому что только

рука Жизни может держать ваши сердца. И будьте вместе, но не слишком вместе:

Потому что и колонны храма стоят отдельно, И дуб и кипарис не растут в

тени друг друга.



И женщина с ребенком на груди сказала: Скажи нам о Детях. И

он ответил так: Ваши дети -это не ваши дети. Они сыновья и дочери Жизни,

заботящейся о самой себе. Они появляются через вас, но не из вас, И, хотя

они принадлежат вам, вы не хозяева им.

Вы можете подарить им вашу любовь, но не ваши думы, Потому что у них

есть собственные думы. Вы можете дать дом их телам, но не их душам, Ведь

их души живут в доме Завтра, который вам не посетить, даже в ваших мечтах.

Вы можете стараться быть похожими на них, но не стремитесь сделать их похожими

на себя. Потому что жизнь идет не назад и не дожидается Вчера. Вы только

луки, из которых посланы вперед живые стрелы, которые вы зовете своими

детьми. Лучник видит свою цель на пути в бесконечное, и это Он сгибает

вас своей силой, чтобы Его стрелы могли лететь быстро и далеко. Пусть ваше

сгибание в руках этого Лучника будет вам в радость, Ведь он любит не только

свою стрелу, что летит, но и свой лук, хотя он и не подвижен.



Тогда сказал богач: Скажи нам о том, как Дарить. И он

ответил так: Вы даете лишь самую малость, когда дарите часть того. чем


владеете. Только тогда, когда вы отдаете часть себя самого, вы по-настоящему

дарите. Ведь что есть то, чем вы владеете, как не вещи, которые вы бережете

и охраняете из-за боязни, что они будут нужны вам завтра? А завтра - что

принесет завтра слишком расчетливой собаке, закапывающей кости в бескрайних

песках, когда она следует за паломником в святой город? И разве боязнь

нужды не то же, что и сама нужда? Разве ужас от возможности жажды не то

же, что сама жажда, даже если ваш колодец полон воды?

Некоторые, владея многим, дарят лишь самую малость того, что имеют,

и дарят. лишь чтобы другие узнали об этом; их скрытое желание этого делает

их подарки безнравственными. А есть такие, которые обладают немногим и

отдают все. Это те, кто верит в жизнь и в ее щедрость, и их кошелек никогда

не бывает пуст. Есть такие, кто дарит с радостью, и эта радость есть их

награда. И есть такие, кто дарит, но с болью, и эту боль они несут как

свой крест. И есть те, кто отдает безболезненно и не ищет от этого радости

и не думает о добродетелях; Они дарят так, как в цветущей долине мирт дарит

свой аромат небесам. Руками таких вот, как эти, говорит Господь, и Он улыбается

земле их глазами. Хорошо отдавать по просьбе, но лучше дать, когда тебя

не просили, лишь потому, что ты сам все понимаешь; И для того, кто дарит

охотно, поиск того, кому дать, - это радость, много большая, чем само даренье.

А есть ли что-нибудь такое, что нельзя подарить? Все, чем владеете, все

равно когда-нибудь будет роздано; А раз так - отдавайте же сами, сейчас.

Пусть время дарения будет вашим, а не ваших наследников.

Вы часто говорите: "Я бы дал, но лишь тем, кто заслуживает".

Деверья вашего фруктового сада не говорят так, не говорят так и стада ваших

пастбищ. Они отдают, чтобы жить, потому что не отдать для них - значит


погибнуть. Ведь наверняка тот, кто был избран, чтоб получить свои дни и

ночи, достоин получить и все остальное хотя б и от вас. Потому что тот,

кто получил право пить из океана жизни, достоин наполнить свою чашу и из

вашего маленького ручья. Разве может быть ноша тяжелее, чем та, которую

надо взвалить, чтобы принять подаяние. Мужество, уверенность, милосердие

даже нужны, чтоб подарок принять. И кто ты такой, чтоб люди унижались перед

тобой, чтоб ты мог видеть их суть обнаженной и гордость лишенной стыда?

Убедись сначала, что ты сам достоин быть тем, кто дает, быть посланцем

дарения. Ведь в действительности только жизнь дает жизни, а ты, мнящий

себя дающим, на самом деле только свидетель. И вы, кто получил - а получаете

все вы, - не думайте о величине благодарности, ведь этим вы возложите тяжесть

на себя и на того, кто вам дал. Вместо этого взлетите вместе с дающим на

дарах его, как на крыльях, Потому что быть заполненным думой о долге -

значит сомневаться в щедрости того, чьей матерью была земля, свободная

сердцем, и чьим отцом был сам Бог.



И тогда старый человек, содержатель двора, сказал: Скажи нам о

Еде и Питье. И он ответил так: Хорошо, если бы вы могли жить ароматом

земли и, как растение, брать жизненные силы от света. Но раз вы должны

убивать, чтобы есть, и отнимать у новорожденного молоко его матери, чтоб

утолить свою жажду, пусть это будет священный акт. И пусть алтарем будет

ваш обеденный стол, алтарем, на котором чистые и невинные лесов и полей

приносятся в жертву высшей чистоте и невинности, что живет в человеке.

И когда вы зверя лишаете жизни, обратитесь в своем сердце: "Той

же силой, что сразила тебя, я тоже буду сражен, и меня тоже съедят или

используют. Ведь тот же закон, что отдал тебя в мои руки, отдаст и меня

в еще более могучие руки. И твоя, и моя кровь -это только сок, которой

питает дерево рая". И когда под твоими зубами хрустит яблоко, скажи

ему в своем сердце: "Твоим семенем будут жить в моем теле, И бутоны

твоего завтра расцветут в моем сердце, И аромат твой будет в моем дыхании,

И вместе мы будем радоваться снова и снова всем временам года".

И осенью, когда вы собираете виноград со своих виноградников для виноградного

пресса, скажите в своем сердце: "Я тоже только виноградник, и мои

плоды тоже соберут для виноградного пресса, И, как молодое вино, меня спрячут

в амфоры вечности". И зимой, когда откроете это вино, пусть в вашем

сердце будет песня для каждой чаши; И пусть в этой песне будет память о

тех осенних днях, и о винограднике, и о виноградном прессе.



Тогда пахарь произнес: Скажи нам о Труде. И он ответил,

говоря: Вы работаете, чтобы быть вместе с землей и душой земли. Ведь бездельничать

- значит стать чужим временем года и выпасть из течения жизни, - течения,

что движется величаво в бесконечность в гордом преклонении пред ней.

Когда вы работаете: вы становитесь флейтой, в сердце которой шепот часов

превращается в музыку. И кто из вас хотел бы стать тростником, немым и

молчаливым, когда все остальное поет в унисон?

Вам всегда говорили, что работа - это проклятие и физический труд -

это несчастье. Но я скажу вам, что когда вы работаете, вы осуществляете



следующая страница >>