refik.in.ua 1 ... 59 60 61 62 63 64

Как я определяю героя? Герой — это человек, который мужественно жертвует собой даже при самых тяжелых обстоятельствах; герой — это личность, которая действует бескорыстно и предъявляет к себе более высокие требования, чем к другим; герой — это мужчина или женщина, которые бросают вызов несчастьям, выполняя те действия, которые он или она считают необходимыми, невзирая на страх. Герой действует вопреки "здравому смыслу" сторонников статуса кво. Герой — это тот, кто ставит цель внести свой вклад, кто желает показать пример, кто живет в соответствии со своими убеждениями. Герой разрабатывает стратегии, гарантирующие результат, и упорно идет к цели, пока она не станет реальностью, изменяя в случае необходимости свой подход и понимая важность постоянно предпринимаемых незначительных действий. Герой — это не тот, кого можно назвать "совершенством", поскольку нет совершенных людей. Все мы допускаем ошибки, но это не делает наш вклад в общее дело. вносимый в течение всей нашей жизни, менее ценным. Совершенство не имеет ничего общего с героизмом; зато им движет гуманность.

ПРОБЛЕМА БЕЗДОМНЫХ ЛЮДЕЙ

Зная, что в каждом из нас тлеет искра героизма, которая лишь ожидает момента, когда разгореться в мощное пламя, чтобы справиться с такой огромной социальной проблемой, как положение бездомных люде и в нашей стране. Первым условием для изменения этой ситуации является стремление подняться до более высокого стандарта. Мы должны решить, что, являясь самой богатой страной в мире, не желаем больше мириться с тем, что столько американских мужчин, женщин и детей выброшены на улицы подобно пищевым отбросам.

Сколько процентов населения нашей страны составляют бездомные? Перепись бездомных 1990 года не представляет полной картины. В сущности, сам термин "бездомные" — то есть люди, не имеющие адреса проживания, — говорит о том, что очень трудно собрать точные данные. Обычно статистика приводит такие цифры. 3 мичлисча наших граждан не имеют дома или, грубо говоря, один из каждых 100 человек живет на улице или в приютах для бездомных


Вторым условием, касающимся этой проблемы, яртается изменение наших убеждений. Мы должны перестать считать, что эти проблемы являются перманентным недомоганием, охватившим нашу страну, и что ничего нельзя сделать в этом направлении. Чтобы избавиться от приобретенной беспомощности, нужно выработать убеждение, что как индивидуум вы можете внести свой вклад и что, в сущности, все великие реформы были осуществлены благодаря отдельным личностям, взявшим на себя соответствующие обязательства.

Другим убеждением, которое мы должны изменить, является то, что бездомные находятся в их теперешнем положении потому, что все они "умственно неполноценны". Статистика по этому поводу не может дать точных данных, но, тем не менее, оценивает ситуацию так: от 16 до 22 процентов имеют психические отклонения. Для того чтобы оказать реальную помощь этим людям, мы должны разрушить свои стереотипы. Обобщения, на которые так падки люди, вряд ли вдохновят нас оказать им помощь, но, несомненно, многим можно было бы помочь.

Что является основной причиной появления бездомных? Кроме уже упомянутых заболеваний, связанных сумственными отклонениями, это: постоянно повышающаяся стоимость жилья с параллельно снижающимися доходами, употребление наркотиков, пьянство, а значит, распад традиционной американской семьи. Суть в том, что все это юридические причины. И все же гораздо большее значение во всем этом имеет система убеждений. В конце концов есть множество людей, переживших разрушительное действие наркотиков и злоупотребления алкоголем, которые лишились жилья или не могут заработать достаточно денег, чтобы оплачивать ренту, и у кого никогда не было стабильной семейной жизни, — тем не менее эти люди не стали бездомными.

В чем же разница? Все идет от основных убеждений, ценностей и индивидуальности каждого отдельного человека. Многие из тех, кто оказался "на улице", могут представить себя "бездомными"; но есть и такие, которые оценивают себя как "временно лишившихся крова". Такие люди ищут решения и находят способы вернуться к прежнему образу жизни. Чтобы создать долгосрочное изменение у бездомного человека, необходимо произвести изменение индивидуальности. Это единственный путь осуществить изменение в его поведении.


С 1984 года я работал с организациями для бездомных в Южном Бронксе, Бруклине, на Гавайях и в Сан-Диего, помогая людям изменить психологию "бездомного человека" в психологию человека "социально притесненного". Ежегодно, принимая участие в моих программах по совершенствованию личности, мы проводили один вечер с несколькими бездомными, чтобы облегчить процесс их психологического изменения и помочь им преобразовать жизнь. Результаты такого общения, которое занимало, быть может, час времени, часто бывали удивительными.

В качестве наглядного примера я могу привести одного молодого человека (назовем его Т. Дж.). Мы встретили его впервые два года назад, вытащили из уличных трущоб и пригласили пообедать с нами при условии, что он расскажет нам хотя бы несколько историй из своей жизни. В тот момент он сказал, что ощущал себя "воздушным змеем". Он жил на улице уже более десяти лет, был пристрастен к наркотикам. Проведя с ним около часа времени, участники семинара смогли помочь ему осуществить значительные изменения в убеждениях и выработали стратегии для поддержания его новой индивидуальности.

В результате Т. Дж. не только покинул уличные притоны и порвал с наркотиками, но также стал вкладчиком в дело общественного порядка — он служит пожарником в Техасе. За последние два года он не раз возвращался к нашей программе, чтобы помочь нам завербовать других, кто находится в таком же положении, в каком был и он сам пару лет назад.

Когда я беру интервью у бездомных людей, то нахожу, что многие из них очень похожи на Т. Дж. У них, как правило, проблемы с наркотиками или алкоголем или они лишились своего жилья и теперь не знают, как справиться с этой проблемой. Большинство их проблем ничем не отличаются от проблем других людей. У них ограничивающие нейроассоциации; ценности, которые препятствуют изменениям; некоторые из их принципов не позволяют им двигаться вперед; а индивидуальность привязывает их к ограничивающим обстоятельствам. Так как свобода для них является одной из наивысших ценностей, они чувствуют себя счастливыми, невзирая на неудовлетворительность их чисто физического положения. В конце концов, они не обязаны играть по правилам общества; они избегают давления, которое сопряжено с этими правилами. Кроме того, они создали общину себе подобных и часто считают себя "сильными", поскольку смогли выжить среди невзгод. Они даже думают, что это закаляет их характер. Я встречал людей, которые были раньше бездомными, а теперь имеют дом, но, тем не менее, проводят время в приютах для бедных, поскольку по-прежнему полностью идентифицируют себя с бездомными.


Благодаря дружескому расположению и заботе, мы с вами можем служить мостом между жестокой реальностью — обездоленными людьми — и проблемой личной ответственности, и таким образом соответствовать требованиям общества. Мы все действуем в направлении того, что считаем непреодолимым. Что случилось бы, если бы вы помогли бездомному обрести новый опыт подтверждений: взяться за какую-нибудь работу? Новые подтверждения создадут новые убеждения и послужат основой для формирования новой индивидуальности. Помните, что незначительные усилия могут произвести большие изменения.

ПРОБЛЕМЫ, СВЯЗАННЫЕ С НАШЕЙ ТЮРЕМНОЙ СИСТЕМОЙ

У нас есть весьма беспокоящие общество проблемы, связанные с тюремным заключением. Наша нынешняя система заключения неэффективна. Из всех федеральных и государственных заключенных 60% оказываются в тюрьме два и более раз, 45% — три и более раз; 20% — шесть и более раз.*

За последние пять лет количество заключенных в тюрьмах значительно увеличилось, а значит, создалось напряжение, обусловленное чрезмерным их переполнением. Чтобы снять это напряжение, многих заключенных неожиданно освобождают с 200 долларами в кармане, удалив из системы, которую они ненавидят, но, тем не менее, приучены полагаться на нее, и только в ее рамках чувствуют себя уверенными и защищенными.

Ясно, что их не учат, как изменить систему принятия решений. Живя в среде, где вы должны платить кому-то просто за то, чтобы вам не нанесли физических увечий, где вы должны воровать или присоединиться к какой-нибудь группировке, чтобы выжить, вряд ли вы стали бы смотреть на себя или на весь мир другими глазами. Заключенных побуждают поддерживать их криминальную индивидуальность, для того чтобы они могли выжить в тюремной среде, где признания и престижа добиваются с помощью ряда жестоких мер.

Один бывший заключенный поделился со мной своими воспоминаниями: "Как только меня освободили, я тут же начал обдумывать способы возвращения назад. Ведь, в сущности, я никого не знал за стенами тюрьмы, а в тюрьме меня уважали. Около меня были ребята, которые могли защитить. На свободе же я был просто презираемым всеми «зэком». Такие люди, оказавшись в другом мире, не знают, как вписаться в это окружение и как этим окружением управлять. Часто они возвращаются в свой «дом».


Можно ли разорвать этот замкнутый круг преступности? Разумеется, можно — если с пребыванием в тюрьме будет связано достаточно страданий, а с выходом на свободу — достаточно удовольствий. Если бы людей в тюрьме еще обучали, то сочетание этих факторов дало бы хорошие результаты. Однажды я брал интервью у человека, которого только что освободили после восьмилетнего заключения за покушение на убийство. Когда я спросил его, смог бы он опять выстрелить в человека, он сказал: "Если бы кто-то попытался отнять у меня наркотики". "Разве вы не хотели бы избежать повторного тюремного заключения?" — спросил я. "Нет! — ответил он. — Там мне не надо, по крайней мере, беспокоиться о еде. Я могу смотреть телевизор. И все у меня налажено; я знаю, как обращаться с другими заключенными, поэтому мне совершенно не о чем беспокоиться". Тюрьма не является средством устрашения для него — человека с социальной патологией. Он просто не связывает страдание с заключением.

А теперь сопоставьте этот жизненный опыт с опытом Фрэнка Абагнейла, автора книги "Поймай меня, если сможешь". Он известен всему миру своим фиглярством. Будучи "великим шарлатаном", он то разъезжает по миру под маркой пилота авиакомпании "Пан-Америкен", то выступает администратором больницы, то помощником генерального прокурора Луизианы, надувая людей на миллионы долларов. Сегодня Фрэнк — один из экспертов в системах защиты банков и почетный член своей общины.

Что же так преобразило его? Страдание. Во время одной из своих шальных проделок он был арестован и заключен во французскую тюрьму. Никто не угрожал ему ни физическим, ни сексуальным насилием, но, тем не менее, он очень сильно страдал. Во-первых, он провел весь срок наказания в темной камере и был полностью изолирован от внешнего мира: ни телевизора, ни газет, ни радио, ни возможности общаться с другими заключенными или с охранниками. Во-вторых, он не имел ни малейшего представления о том, когда его освободят. Он не располагал сведениями, сколько его здесь продержат — шестьдесят дней или шестьдесят лет.


Страдание от незнания — чувство неуверенности — было самой суровой формой наказания, которую только можно было вообразить для Фрэнка, связывавшего так много страдания с этим "адом на земле", что он поклялся никогда туда не попасть. И представьте себе, что он в этом не одинок. Неудивительно, что во французских тюрьмах всего 1 процент рецидивистов, и там тратят на каждого заключенного около 200 долларов в год (эта цифра кажется еще более поразительной по сравнению с той, которая идет на каждого заключенного в американских тюрьмах, — 30 000 долларов в год; вот отчего у нас постоянно сохраняется 82 процента рецидивизма!).

Так что же, я предлагаю скопировать французскую систему наказаний? Нет, я только говорю, что наша система заключения явно не выполняет своего назначения, и сейчас самое время попробовать что-нибудь другое. Мы должны создать своим заключенным такую среду обитания, в которой им не придется беспокоиться о том, что их будут бить или над ними могут издеваться сокамерники, тем не менее, нельзя создавать из тюрьмы дом, которого на воле у них никогда не было. Необходимо, чтобы с тюрьмой ассоциировались страдания, и чтобы в течение срока заключения людям разъясняли,как им приобщиться к жизни в новом для них мире, где они могли бы управлять своей судьбой, где свобода была бы радостью и где была бы возможность обрести новую жизненную цель, а не вызывала чувства страха. Они должны связывать страдание с пребыванием в тюрьме, а удовольствие -— с изменением своей сущности. В противном случае поведение, которое привело их в тюрьму, никогда не будет изменено надолго.

Помимо всего прочего, заключенный должен знать, что есть кто-то, кто заботится о нем, кто взял обязательство предложить ему стратегию новой жизни, которая будет управлять его поступками в новом направлении. Кто настроен начать новую жизнь, вполне заслуживает нашей поддержки.

"Если есть низший класс, то я его представитель; если есть преступник, я отвечаю за него', если есть хоть одна душа в темнице, я тоже несвободен".


ЮДЖИН ВИКТОР ДЕБС

А что можете сделать вы? Одним простым, но очень полезным действием было бы взять на себя обязательство раз в месяц посещать какого-нибудь заключенного, который действительно решил изменить качественный уровень своей жизни. Станьте ему опорой, расскажите ему, какой для него возможен выбор. Я никогда не забуду отношений, которые я завязал в результате добровольного посещения одного заключенного в Чино, Калифорнийской тюрьме. Благодаря моей помощи и ободрению он стал читать духовную и поучительную литературу, затем начал бегать по пять километров вдень и постепенно начал преобразовываться из "заключенного" в "достойного человека". Когда двумя годами позже его освободили, чувство сопричастности к его жизни служило подтверждением, что таким людям надо оказывать помощь в их духовном "преобразовании".

ПРОБЛЕМА РАЗГУЛА ПРЕСТУПНОСТИ

В то время как преступления взрослых людей уже составляют действительную проблему, преступность молодежи необходимо предупредить. Как отнестись к бессмысленным убийствам, которые ежедневно совершаются членами молодежных банд в неблагополучных районах больших городов? Безжалостная жестокость двух бандитских группировок "Крипсы" и "Денди", начавшаяся в Лос-Анджелесе и затем распространившаяся на всю страну, приносила невероятный ущерб жителям городов, в которых они жили, и большинство из нас терялось в догадках, как разрешить этуустра-шающую проблему. Однако я уверен, что одно из основных условий, которое нужно выполнить, — это заставить членов бандитских группировок пересмотреть свои принципы. Запомните: все наши действия идут от наших внутренних убеждений относительно того, что мы должны и чего не должны делать или кем не должны быть.

Я недавно прочел статью в "Роллинг Стоун", где приводятся выдержки из какой-то книги, в которой описывается повседневная жизнь членов одной банды.*

Этот "кусочек жизни" можно детально рассмотреть на примере одного класса, где занимались с подростками одной из банд в лагере для несовершеннолетних преступников "Килпатрик". Когда учеников (членов банды) спросили, по какой причине они могли бы убить человека, они тут же написали список из тридцати пунктов. Вот несколько из них, наиболее шокирующих:


если кто-то смотрит на меня с насмешкой; если кто-то спрашивает меня, откуда я взялся; когда я прошу мелкую монету; если кто-то идет довольный собой; если кто-то прикасается к моей еде (например, берет мои чипсы) шутки ради; если кто-то сделает мне плохую стрижку.

Имея такие отклонения от нормы — взгляды, которые не разделяет почти ни один человек в обществе, — не удивительно, в какую ярость могут приходить эти юнцы. У них, по существу, оказывается больше причин убивать, чем у кого-либо другого, и поэтому они действуют в соответствии со своими принципами. Что меня утешает, так это то, что их воспитатель понимал, насколько сильным может быть действие правильно поставленных вопросов, способных ослабить даже самые глубоко укоренившиеся убеждения. Он спросил: "А за какой из перечисленных принципов вы могли бы умереть? Другими словами, если бы вы знали, что убивая человека за то, что он сделал вам плохую стрижку, вы при этом тоже должны были бы умереть, то все равно сделали бы это?"

Задавая этот вопрос, он заставил их заново оценить свои принципы и пересмотреть важность установок, за которые они до этого готовы были пойти на убийство. Когда он провел весь процесс постановки вопросов, члены этой банды радикально изменили свои принципы. Вместо тридцати семи причин для убийства у них осталось только три: самозащита, защита семьи и защита ассоциации (банды). Причем последнее условие осталось лишь потому, что один из юнцов упорно продолжал настаивать, что это в его жизни, пожалуй, самое важное. Когда другие подростки попытались разубедить его, он просто повторял: "Вы все не знаете меня". Его индивидуальность выражалась в этом убеждении, настолько сильно связывавшем его с бандой, что подобная капитуляция означала бы для него отказ от своего "я" — вероятно, единственного, что было постоянным в его жизни.

Продолжая развивать метод постановки вопросов и получения ответов, эта "школа" смогла направить многих подростков на истинный путь. Она расшатала "ножки" подтверждений разрушительных убеждений так, что юные преступники перестали чувствовать себя уверенными в своих принципах. Запомните: любое поведение может быть изменено путем изменения убеждений, ценностей, принципов и индивидуальности. Ясно, что нужно было обратиться к условиям, которые выработали бандитские группировки как основные, — в итоге это тоже можно было поправить, видоизменяя поведение на соответствующем уровне, в зависимости от каждого отдельного случая.


<< предыдущая страница   следующая страница >>