refik.in.ua 1 2

Договор возмездного оказания

правовых услуг
Договор об оказании правовой помощи существует в юридической практике с той поры, когда юристы начали давать своим клиентам профессиональные советы. Цивилистическая наука и судебная практика квалифицируют названное соглашение как разновидность договора возмездного оказания услуг*(1), в соответствии с которым исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (ст.779 ГК РФ).

Понятие и происхождение договора возмездного оказания услуг. Возмездное оказание услуг в новом Гражданском кодексе (1995 г.) было выделено в качестве самостоятельного договора. В пункте 2 ст.779 ГК РФ законодатель указывает, что правила главы 39 ГК РФ, посвященной возмездному оказанию услуг, применяются к договорам оказания услуг связи, медицинских, ветеринарных, аудиторских, консультационных, информационных услуг, услуг по обучению, туристическому обслуживанию и иных, за исключением услуг, оказываемых по договорам, предусмотренным главами 37, 38, 40, 41, 44, 45, 46, 47, 49, 51, 53 ГК РФ (подряд, перевозка, экспедиция, банковский счет и вклад, хранение, поручение, комиссия, доверительное управление). Таким образом, нормы ст.779-783 ГК РФ о договоре возмездного оказания услуг призваны урегулировать вполне определенный круг фактических (но не иных) услуг*(2).

Подчеркнем: несмотря на сходство терминологии, по договору возмездного оказания правовых услуг правовая помощь предоставляется путем оказания услуг именно фактического, а не юридического характера, поскольку сам по себе данный договор не порождает у исполнителя обязательств по совершению для заказчика каких-либо сделок или иных юридически значимых действий. Услуги юридического характера оказываются на основе договоров поручения, комиссии и т.п.*(3)


Обязательства по оказанию услуг развивались в рамках подрядных отношений, хотя разграничение этих договоров берет начало еще в римском праве, которое различало locatio conductio operis (наем работы или подряд) и locatio conductio operarum (наем услуг)*(4). Различные манипуляции с телесными вещами (создание, обработка или переработка движимых и недвижимых вещей), перевозка вещей и людей, а также различные нематериальные действия делового, художественного, технического или научного характера, имеющие денежную стоимость, относились к подрядным обязательствам*(5).

Одновременно с locatio conductio (договор найма) существовал mandatum (договор поручения), по которому поверенный обязывался исполнять какие-либо действия, причем как юридического (например, совершение сделок), так и фактического (например, починка платья) характера, но безвозмездно. По мнению римских юристов, договор поручения происходил из общественного долга и дружбы, а получение за это платы, помимо некой "благодарности" в виде подарка (honor), свободные римские граждане считали для себя зазорным. Поэтому если за действия поверенного назначалась плата, являвшаяся денежным эквивалентом оказанной услуги (merces), такой договор квалифицировался как наем*(6).

Русское гражданское право выделяло личный наем и подряд. Как указывал Г.Ф. Шершеневич, по договору личного найма лицо приобретает право временного пользования трудом другого лица в обмен на вознаграждение, тогда как подрядчик обязуется самостоятельно, своим иждивением выполнить определенную работу и передать ее вещественный результат заказчику*(7).

Постепенно из договора личного найма выделился трудовой договор (глава IX книги V "Обязательственное право" проекта Гражданского уложения была названа "Личный наем" и посвящалась исключительно отношениям между нанимателем и нанявшимся)*(8).

Разграничение договоров возмездного оказания услуг и подряда. Цивилисты долго спорили о том, является ли оказание услуг разновидностью договора подряда или надо рассматривать его как самостоятельный договор. Некоторые ученые полагали, что исполнением подрядных обязательств будет любой результат труда, даже не выраженный в материальной форме, например, выступление артиста, соглашение об операции*(9). Как писал И.Л. Брауде, выполняемая по договору подряда работа может состоять в изготовлении какой-либо вещи или в предоставлении услуги*(10).


По мнению М.И. Брагинского, анализ законодательства советского периода (ст.220 ГК РСФСР 1922 г., ст.350 ГК РСФСР 1964 г.) позволяет сделать вывод о том, что договор подряда заключается по поводу не собственно работ, а по поводу организованных подрядчиком работ и их вещественного результата, отделимого от самой работы и подлежащего передаче заказчику за вознаграждение. ГК РСФСР 1922 г. осуществлял специальное регулирование договоров поручения, комиссии и страхования; в ГК РСФСР 1964 г. к ним добавились договоры перевозки, хранения, причем отграничение договора об оказании иных услуг от подряда не исключалось (ст.367 ГК РСФСР 1964 г.). Не случайно до принятия ГК РФ 1995 г. большинство ученых, в том числе О.С. Иоффе, Ю.Х. Калмыков, Б.И. Пугинский, Е.А. Суханов, Е.Д. Шешенин, В.Ф. Яковлев и другие отделяли договор об оказании услуг от договора подряда*(11).

В частности, Е.Д. Шешенин указывал, что предметом подрядного договора является результат, воплощенный в какой-либо вещи, тогда как предметом договора об оказании услуг - результаты деятельности, не существующие отдельно от исполнителя и не являющиеся вещами*(12).

Как подчеркивает Е.А. Суханов, в отличие от договора подряда договор возмездного оказания услуг порождает обязательства, результат исполнения которых всегда имеет нематериальный (неовеществленный) характер. Речь идет о нематериальных услугах, результат которых хотя имеет товарную форму, но не существует отдельно от исполнителя, а сама услуга потребляется заказчиком одновременно с ее оказанием исполнителем. Специфика данного договора состоит в отсутствии овеществленной формы результата работ, что исключает возможность возникновения у заказчика каких-либо вещных прав на результат услуги, а потому делает невозможным применение к отношениям сторон большинства норм о подряде. Следовательно, обязательства по оказанию нематериальных услуг должны быть выделены в самостоятельную группу обязательств, не сливающихся с обязательствами по проведению работ*(13).


После выделения договора возмездного оказания услуг научное представление о его предмете существенно не изменилось, хотя и продолжает развиваться*(14).

В правовой литературе высказано мнение, что иногда исполнение обязательств из договора возмездного оказания услуг, например, медицинских, может привести к определенному овеществленному результату, допустим, в виде установки сердечного стимулятора или зубного протеза, однако это не дает оснований относить медицинские услуги к подрядным отношениям*(15).

Напротив, М.И. Брагинский полагает, что здесь можно использовать конструкцию смешанного договора с элементами, обладающими признаками возмездного оказания медицинских услуг в чистом виде (ст.779 ГК РФ) и подряда (ст.702 ГК РФ), непосредственно связанного с протезными работами*(16).

Представляет интерес позиция В.М. Кротова, полагающего, что выполнение работ, в которых деятельность подрядчика направлена непосредственно на человека (например, услуги парикмахера), является предметом именно договора подряда, поскольку результат такой деятельности (прическа, маникюр) существует отдельно от исполнителя работы и может быть гарантирован последним*(17).

Между тем, если исходить из определения понятия вещи, которое дает современная российская наука, признающая вещами в гражданском праве материальные, физически осязаемые объекты, имеющие экономическую форму товара и являющиеся объектами права собственности и других вещных прав *(18), а также применить системный анализ норм ст.702-729 ГК РФ, напрашивается совершенно иной вывод.

Предметом договора подряда (ст.702 ГК РФ) всегда является выполнение работы, имеющей не просто материальный, а определенный вещественный результат, каковым является изготовленная для заказчика новая индивидуально-определенная вещь либо изменение (переделка, переработка, ремонт и т.п.) ранее существовавшей индивидуально-определенной вещи. Поскольку результат деятельности подрядчика носит овеществленный характер, он отделим как от самой работы подрядчика, так и от заказчика, которому этот результат передается вместе с вещью.


Услугодатель, как и подрядчик, совершает по заданию заказчика определенные действия либо осуществляет определенную деятельность (п.1 ст.779 ГК РФ). Однако результат деятельности услугодателя, который может быть материальным или нематериальным, хотя и выраженным в объективной форме, не является вещественным. Причем результат деятельности услугодателя неотделим от исполнителя или заказчика, потребляющего этот результат в процессе оказания услуги.

Очевидно, что результат услуги тапера имеет нематериальный характер (хотя выражен в объективной форме) и при этом неотделим от личности исполнителя, а сама услуга потребляется заказчиком в процессе ее оказания. Материальным, но не имущественным, не вещественным, и при этом неотделимым от заказчика будет результат услуги парикмахера. На наш взгляд, изготовление зубного протеза осуществляется по договору об оказании медицинских услуг, ибо материальный (имущественный) результат услуги исполнителя потребляется заказчиком в процессе ее оказания и с юридической точки зрения неотделим от него.

Договоры об оказании медицинских и ветеринарных услуг нуждаются в более серьезном исследовании, так как порождают множество теоретических и практических вопросов, требующих грамотного правового разрешения. Одна из проблем состоит в том, можно ли рассматривать в качестве вещей животных, человеческие органы, ткани и т.п.

Российское гражданское право считает животных особой категорией одушевленных вещей (ст.137 ГК РФ). Аналогичным образом немецкая правовая доктрина относит животных к вещам особого рода (sui generis), тогда как по законодательству Германии они не являются вещами, и правила о вещах на них распространяются, поскольку иное не предусмотрено законом*(19).

Что касается человеческих органов и тканей, то, согласно ст.1 Закона РФ от 22 декабря 1992 г. "О трансплантации органов и (или) тканей человека" (с изм.)*(20), органы и ткани человека не могут быть предметом купли-продажи. Системное толкование норм данного акта приводит к выводу о том, что человеческие органы и ткани могут составлять предмет договора оказания медицинских услуг и являются особыми вещами, ограниченными в обороте (п.2 ст.129 ГК РФ). Специфика правового режима органов и тканей заключается в том, что они становятся вещами только в результате отделения их от человека (субъекта права) и прекращают быть вещами с того момента, как становятся частью другой человеческой личности. Не исключено, что в результате дальнейшего развития биологии, медицины и других естественных наук, успешных опытов по клонированию живых клеток человека, искусственному выращиванию органов и тканей гражданский оборот последних станет обычным явлением.


В.М. Кротов выделяет следующие характерные признаки нематериальных услуг как предмета обязательств по оказанию услуг: а) деятельность услугодателя не воплощается в овеществленном результате; б) услугодатель не гарантирует достижения предполагаемого результата. Например, полезный эффект услуг репетитора существенно зависит от способностей ученика*(21).

С одной стороны, такая позиция необоснованно сужает предмет договора об оказании услуг, которые отличаются разнообразием (п.2 ст.779 ГК РФ). Было бы весьма странно, если бы исполнитель, оказывающий услуги в сфере связи и информации или экскурсионные, туристические, гостиничные, культурно-зрелищные и т.п. услуги*(22), не гарантировал достижения предполагаемого заказчиком результата. Например, отказ экскурсионного бюро от проведения заранее назначенной экскурсии однозначно квалифицируется как неисполнение договорных обязательств.

С другой стороны, результат исполнения договора об оказании некоторых видов услуг зависит не только от профессионализма и других личных качеств услугодателя (врача, учителя, адвоката и т.д.). В ряде случаев он обусловлен иными субъективными и объективными факторами. Несмотря на все старания, лучший врач не сможет излечить безнадежно или пациента, не выполняющего предписанные рекомендации. Очевидно, что результат зависит от вида услуг, которые оказывает исполнитель.

Соотношение норм о договорах подряда и возмездного оказания услуг. Учитывая специфику предмета договора возмездного оказания услуг, законодатель в ст.783 ГК РФ указывает, что общие положения Гражданского кодекса о подряде (ст.702-729) и о бытовом подряде (ст.730, 739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит ст.779-783 ГК РФ, а также особенностям предмета этого соглашения. Подобный способ правового регулирования обязательств по оказанию услуг есть лишь прием законодательной техники, позволяющий избежать дублирования одних и тех же правил. На наш взгляд, здесь нельзя говорить ни об аналогии закона, ни об аналогии права (ст.6 ГК РФ).


Исполнение обязательств из договора возмездного оказания услуг. Услугодатель обязан оказать услуги лично (ст.780 ГК РФ), тогда как подрядчик вправе привлечь к исполнению своих обязательств других лиц (ст.706 ГК РФ).

В отличие от подрядных обязательств (ст.705 ГК РФ), исполнитель оказывает заказчику услуги, не за свой риск: согласно п.3 ст.781 ГК РФ, риск невозможности исполнения, возникшей по обстоятельствам, за которые ни одна из сторон не отвечает, несет заказчик, который возмещает услугодателю фактически понесенные им расходы, если иное не предусмотрено законом или договором. По общему правилу, заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг (п.1 ст.781 ГК РФ). В случае невозможности исполнения, возникшей по вине заказчика, услуги подлежат оплате в полном объеме, если иное не предусмотрено законом или договором (п.2 ст.781 ГК РФ). Между тем, подрядчику заказчик обязан уплатить обусловленную цену только после окончательной сдачи результатов работы при условии ее надлежащего выполнения, если предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов не предусмотрена договором подряда (ст.711 ГК РФ).

Заказчик вправе отказаться от договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов (п.1 ст.782 ГК РФ), тогда как подрядчику он должен уплатить часть установленной цены пропорционально части работы, выполненной до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора, а также возместить убытки, причиненные прекращением договора, в пределах разницы между ценой, определенной за всю работу, и частью цены, выплаченной за всю работу (ст.717 ГК РФ).

Договор возмездного оказания правовых услуг и проблемы интеллектуальной собственности. Как отмечает Е.А. Суханов, по типу подрядных договоров строятся и некоторые другие обязательства, например, касающиеся проведения научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, создания и использования произведений науки, литературы, искусства. Они обособились от подрядных договоров, ибо имеют своим предметом создание и передачу заказчику нематериального объекта интеллектуальной (творческой) деятельности, хотя и облеченного в материальную форму и являющегося товаром*(23).


Представляется, что подобные договоры возмездного оказания правовых услуг имеют определенное сходство с авторскими договорами о передаче исключительных прав на использование произведения литературы или науки, поскольку предметом договора здесь также будет являться создание и передача заказчику нематериального объекта интеллектуальной, творческой деятельности, облеченного в материальную форму. Подготовка юристом по просьбе клиента письменного анализа судебной практики по применению отдельных норм законодательства и т.п. не является обязательством подрядного типа, поскольку результат его работы имеет сугубо нематериальный характер, хотя выражен в объективной форме.

Е.А. Суханов справедливо подчеркивает, что на указанные объекты их обладатели могут приобрести только исключительные, но не вещные правомочия, которые могут возникнуть лишь на материальные носители (магнитные диски, рукописи и др.), но не на их содержание (идеи, алгоритмы и т.д.). Передача заказчику нематериального результата работы не исключает его последующего использования самим разработчиком, который способен неоднократно воспроизвести его, в том числе с коммерческой целью. Вследствие этого возникает необходимость в особой правовой охране интересов получателя объекта, регулировании последствий творческого риска неудачи исполнителя в договоре о его создании. Поэтому создание и передача (отчуждение) таких объектов не могут оформляться обычными договорами, рассчитанными на оборот вещей, в том числе подрядными, предметом которых является овеществленный результат деятельности подрядчика*(24).

Хорошей иллюстрацией этой мысли служит норма п.5 ст.6 Закона РФ от 9 июля 1993 г. "Об авторском праве и смежных правах"*(25), согласно которой авторское право на произведение не связано с правом собственности на материальный объект, в котором выражено произведение. Сама по себе передача права владения или собственности на материальный объект не влечет передачи каких-либо авторских прав на произведение, выраженное в этом объекте (за исключением права доступа).


Соотношение договора возмездного оказания правовых услуг, авторского договора и договора о передаче "ноу-хау". Поскольку процесс оказания консультационных, в том числе правовых, услуг неразрывно связан с интеллектуальной, творческой деятельностью человека, необходимо выявить различия между договором об оказании такого рода услуг и авторским договором.

Закон об авторском праве*(26) устанавливает, что объектом авторского права признается произведение науки, литературы либо искусства, являющееся результатом творческой деятельности и существующее в объективной форме (ст.7). Авторское право возникает в силу факта создания произведения (п.1 ст.9 Закона об авторском праве) и охраняет его форму. Элементы содержания (идея, способ, система, концепция, принцип и т.п.) охраняются лишь в той форме, в которой они выражены в произведении, а не сами по себе (п.4 ст.6 Закона об авторском праве)*(27).

Между тем, заказчика по договору об оказании правовых услуг обычно интересует не форма, в которой воплощен результат услуги, а именно содержание, т.е. выраженные в объективной форме идеи, концепции, методы, способы, принципы, личные взгляды услугодателя и т.д. Как заметил небезызвестный Роман Ойра-Ойра, ценность этого дивана заключается отнюдь не в обшивке и даже не в пружинах, которых нет. Это прибор, имеющий внешность дивана*(28).

В отличие от авторского договора, предметом договора об оказании правовых услуг является не передача авторских прав на использование произведения, а выполнение конкретной работы с определенным нематериальным, но выраженным в объективной форме результатом, достижения которого желают стороны. Например, приглашенный юрист по заданию клиента составил проект договора, не имеющего аналогов, и написал заключение по сложнейшей юридической проблеме. Проект оригинального договора и письменное заключение являются литературными произведениями, имеющими научную и коммерческую ценность. Заказчик может потребовать от исполнителя сохранения коммерческой тайны и запретить разглашение содержания этих документов. В договоре возмездного оказания услуг подобное условие будет вполне законным, тогда как условие авторского договора, ограничивающее автора в создании в будущем произведений на данную тему или в данной области, является недействительным (п.6 ст.31 Закона об авторском праве).


На наш взгляд, когда в процессе оказания возмездных услуг исполнитель создает литературное или научное произведение, то заказчику, по общему правилу, будут принадлежать лишь неисключительные права на его использование способом, предусмотренным в договоре об оказании услуг, допустим, путем оглашения текста заключения в открытом судебном заседании. Исполнитель сохраняет на созданный им объект все авторские права, как личные неимущественные (в том числе право авторства, право на имя, право на обнародование, право на защиту своей репутации (ст.15 Закона об авторском праве)), так и права имущественные (в частности, на воспроизведение, распространение, перевод, переработку и др. (ст.16 Закона об авторском праве), включая право на передачу другому лицу для коммерческого использования). Передача имущественных авторских прав заказчику должна осуществляться исполнителем только на основании соответствующего авторского договора (ст.30 Закона об авторском праве), возможность заключения которого может быть прямо предусмотрена договором об оказании услуг, который в этом случае приобретает черты предварительного договора (ст.429 ГК РФ).

Думается, что в случае, когда по договору возмездного оказания услуг исполнителем выступает юридическое лицо, то для регулирования отношений между ним и физическим лицом, которое фактически оказывает эти услуги заказчику, можно применять нормы авторского права на служебные произведения (ст.14 Закона об авторском праве).

Права артистов-исполнителей, выступающих перед слушателями во исполнение обязательств по оказанию услуг, охраняются нормами ст.37 Закона об авторском праве.

В ходе исполнения своих обязательств услугодатель может создать некое "ноу-хау", которое передается заказчику, например, способ минимизации налогообложения деятельности заказчика. Условие о передаче "ноу-хау" может прямо содержаться в договоре возмездного оказания услуг (смешанный договор), либо стороны вправе заключить самостоятельный договор о передаче "ноу-хау". Если иное не предусмотрено договором, право пользования "ноу-хау" принадлежит как исполнителю, так и заказчику, который не вправе раскрывать его сущность третьим лицам.


Участникам договора возмездного оказания услуг, в том числе правовых, следует заранее договариваться об охране своих прав и законных интересов, если результат выполнения работы исполнителя будет являться объектом авторского права или смежных прав либо представлять собой "ноу-хау".

Квалификация смешанных договоров о правовом обслуживании. На практике договоры возмездного оказания услуг нередко сочетаются с другими договорами (подряда, хранения, поручения, комиссии и т.д.). Подобные договоры квалифицируются как смешанные (п.3 ст.421 ГК РФ).

Смешанный договор о правовом обслуживании обычно содержит элементы возмездного оказания услуг (ст.779 ГК РФ) и поручения (ст.971 ГК РФ), когда, наряду с фактическими консультационными услугами, исполнитель по поручению заказчика совершает сделки и иные юридически значимые действия. Между тем, вопрос об определении правовой природы и характера взаимоотношений сторон по данному договору нередко вызывает споры и является камнем преткновения в судебной практике.

В январе 1998 г. юридическая фирма заключила с кооперативом долгосрочный договор о правовом обслуживании, в соответствии с которым обязалась предоставить кооперативу возмездную юридическую помощь в виде устных консультаций, письменных заключений по правовым вопросам, справок по законодательству, участия своих специалистов в проведении кооперативом переговоров, составлении проектов договоров и иных юридических документов. Фирма также должна была представлять интересы кооператива в налоговых, следственных и иных государственных органах; обеспечить участие адвокатов по гражданским и уголовным делам для защиты интересов кооператива и его членов в судах общей юрисдикции, арбитражных и третейских судах. При этом стоимость и объем конкретных работ определялись сторонами в дополнительных соглашениях, которые заключались на основании заданий кооператива. Окончательные расчеты производились сторонами исходя из актов сдачи-приемки выполненных работ.


Осенью 1998 г. стороны подписали соглашение, согласно которому фирма обязалась оказать кооперативу услуги по ведению дела в третейском суде о взыскании с коммерческого банка задолженности в пользу кооператива, за что кооператив должен был уплатить фирме вознаграждение в сумме 100 тыс. руб. По условиям данного соглашения кооператив уплатил фирме аванс в размере 60 тыс. руб. Оставшаяся часть вознаграждения подлежала уплате после подписания акта сдачи-приемки выполненных работ.

Во исполнение договорных обязательств сотрудники фирмы участвовали в переговорах между кооперативом и банком, проанализировали их отношения, после чего подготовили и направили в третейский суд исковое заявление от имени кооператива о взыскании с банка суммы задолженности и процентов за пользование чужими денежными средствами. На протяжении третейского разбирательства сотрудники фирмы, имеющие доверенности с необходимыми полномочиями, регулярно являлись на заседания третейского суда, представляли документы, заявляли ходатайства, совершали иные процессуальные действия. Третейский суд принял решение о взыскании с банка в пользу кооператива всей суммы задолженности и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Поскольку решение третейского суда не было добровольно исполнено банком, кооператив подал в арбитражный суд заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения. Арбитражный суд на основании ст.26 Временного положения о третейском суде для разрешения экономических споров*(29) отказал кооперативу в выдаче исполнительного листа со ссылкой, что решение третейского суда было принято по неисследованным материалам, так как истец не доказал размер своих требований.

Кооператив посчитал, что сотрудники юридической фирмы недобросовестно выполнили свои обязательства. Председатель кооператива направил фирме письмо с отказом от сотрудничества и потребовал возврата 60 тыс. руб. аванса. Президент фирмы возражал против расторжения договора, считая, что фирма полностью выполнила свои обязательства, ее сотрудники действовали грамотно, о чем свидетельствует решение третейского суда, вынесенное в пользу кооператива. Напротив, отказ арбитражного суда выдать исполнительный лист на принудительное исполнение данного решения является необоснованным. По его мнению, этот отказ следует обжаловать, а в случае направления дела на новое рассмотрение третейский суд примет аналогичное решение, поскольку его первоначальное решение полностью соответствует закону.


Кооператив обратился в арбитражный суд с иском, требуя взыскания с фирмы 60 тыс. руб. аванса. Фирма предъявила встречный иск о взыскании с кооператива оставшейся части вознаграждения в размере 40 тыс. руб.

Рассмотрев спор, арбитражный суд квалифицировал заключенный сторонами договор как смешанный: договор возмездного оказания услуг с элементами подряда и поручения (ст.779, 702, 971 ГК РФ).

Арбитражный суд признал правомерным односторонний отказ кооператива от исполнения договора (п.1 ст.782 ГК РФ), но не удовлетворил его требование о возврате аванса. Решение было мотивировано ссылкой на нормы ст.717 ГК РФ, где сказано, что заказчик может в любое время до сдачи ему результата работы отказаться от исполнения договора, уплатив подрядчику часть установленной цены пропорционально части работы, выполненной до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора. Арбитражный суд посчитал, что аванс в сумме 60 тыс. руб. соответствует объему работ, фактически выполненных фирмой по заданию кооператива.

Фирме было отказано в удовлетворении встречного иска на том основании, что окончательный результат работы заказчику не передавался (акт сдачи-приемки выполненных работ сторонами не подписан), тогда как, согласно ст.711 ГК РФ, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену только после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок.

Юридическая фирма обжаловала данное решение в апелляционную инстанцию арбитражного суда, которая частично его отменила. Встречный иск был удовлетворен, с кооператива в пользу фирмы было взыскано 40 тыс. руб. Постановление апелляционной инстанции было мотивировано следующим образом.

Согласно п.1 информационного письма ВАС РФ от 29 сентября 1999 г. N 48 "О некоторых вопросах судебной практики, возникающих при рассмотрении споров, связанных с договорами на оказание правовых услуг", в случае, когда предмет договора об оказании правовых услуг обозначен указанием на конкретную деятельность, как это было сделано в договоре о правовом обслуживании, заключенном между юридической фирмой и кооперативом, круг возможных действий исполнителя может быть определен на основании предшествующих заключению договора переговоров и переписки, практики, установившейся во взаимных отношениях сторон, обычаев делового оборота, последующего поведения сторон и т.п. (ст.431 ГК РФ).


Поскольку действующее гражданское законодательство устанавливает принцип свободы договора (ст.421 ГК РФ), в соответствии с которым стороны, в частности, могут заключить смешанный либо комплексный договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами, то для правильного определения юридической природы заключенного сторонами договора о правовом обслуживании необходимо выяснить, каковы были действительные взаимоотношения сторон по данному договору и какие услуги были фактически оказаны фирмой по заданию кооператива.

Как следует из представленных доказательств, юридическая фирма совершила по заданию кооператива следующие действия:

а) предоставляла устные консультации и разъяснения по вопросам применения законодательства, по правовым вопросам;

б) составляла проекты процессуальных документов (искового заявления, ходатайств), необходимых для защиты интересов кооператива в споре с банком, находящихся в производстве третейского суда;

в) представляла кооператив в третейском суде, совершала от его имени и в его интересах все необходимые процессуальные действия.

Таким образом, в соответствии с договором о правовом обслуживании (с дополнительным соглашением) юридическая фирма оказала кооперативу правовые услуги сугубо нематериального, невещественного, причем как фактического (консультации и составление проектов документов), так и юридического (совершение от имени комбината юридически значимых процессуальных действий) характера. Следовательно, заключенный сторонами договор надлежит квалифицировать как договор возмездного оказания услуг (ст.779 ГК РФ) с элементами поручения (ст.971 ГК РФ), т.е. смешанный договор (п.3 ст.421 ГК РФ).

Правоотношения между сотрудниками юридической фирмы, которые защищали интересы кооператива в третейском суде, являются отношениями представительства, возникшими из доверенностей, выданных председателем кооператива (ст.182, 185 ГК РФ). Выдача доверенностей единоличным исполнительным органом кооператива (заказчика) сотрудникам юридической фирмы (исполнителя) есть реализация правоотношения, возникшего из договора об оказании правовых услуг, заключенного между исполнителем и заказчиком. Это необходимое условие, без которого невозможно исполнение юридической фирмой обязательств по оказанию кооперативу правовых услуг.


Апелляционная инстанция констатировала, что первая инстанция неправильно применила нормы материального права, регулирующие отношения сторон по договору о правовом обслуживании, что привело к принятию незаконного и необоснованного решения. Согласно п.3 ст.421 ГК РФ, к отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора. Поскольку никаких специальных условий о применении к отношениям сторон положений законодательства, иных, чем нормы о возмездном оказании услуг и представительстве, договором о правовом обслуживании не предусмотрено, следует обратиться к нормам ГК РФ о договоре возмездного оказания услуг, поручении и представительстве.

В данном случае применение к отношениям сторон по договору о правовом обслуживании норм о договоре подряда (ст.711 ГК РФ) противоречит специальным нормам о договоре возмездного оказания услуг (ст.781-782 ГК РФ), которые должны использоваться в силу прямого указания закона (ст.783 ГК РФ).

В упомянутом информационном письме от 29 сентября 1999 г. N 48 (п.2) ВАС РФ указал, что при рассмотрении споров, связанных с оплатой оказанных в соответствии с договором правовых услуг, арбитражным судам необходимо руководствоваться положениями ст.779 ГК РФ, по смыслу которых исполнитель может считаться надлежаще исполнившим свои обязательства при совершении указанных в договоре действий (деятельности).

Факт надлежащего исполнения поручений кооператива сотрудниками юридической фирмы подтверждается представленными доказательствами (доверенностями, выданными сотрудникам фирмы председателем кооператива, указаниями фамилий этих сотрудников в числе представителей кооператива, присутствующих на заседаниях третейского суда, перепиской сторон об уточнении размера заявляемых требований и т.д.).

Применяя к взаимоотношениям сторон нормы ст.972 ГК РФ, первая инстанция арбитражного суда не учла, что доверитель обязан уплатить поверенному вознаграждение, предусмотренное договором, после исполнения поручения. В соответствии со ст.973 ГК РФ, обычаями делового оборота и практикой взаимоотношений сторон фирма защищала интересы кооператива путем совершения фактических и юридических действий по его заданиям и поручениям, следуя устным или письменным указаниям. Все действия сотрудников фирмы получили одобрение руководства кооператива (председателя, главного бухгалтера).


С момента одностороннего отказа от договора кооператив своими действиями сделал фактически невозможным дальнейшее исполнение обязательств юридической фирмой. Фирма направила кооперативу проект жалобы на отказ в выдаче исполнительного листа, но никаких указаний о подаче этой жалобы в апелляционную инстанцию арбитражного суда либо о совершении иных процессуальных действий от кооператива не поступало.

Таким образом, апелляционная инстанция признала, что в данном случае имела место невозможность исполнения договорных обязательств, возникшая по вине заказчика (кооператива). Согласно п.1 ст.781 ГК РФ, заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре. В случае невозможности исполнения, возникшей по вине заказчика, услуги подлежат оплате в полном объеме, если иное не предусмотрено законом или договором возмездного оказания услуг (п.2 ст.781 ГК РФ). Поскольку ни законом, ни договором о правовом обслуживании не предусмотрено уменьшение размера оплаты услуг юридической фирмы, кооператив должен оплатить оказанные ему услуги в полном объеме в сроки, установленные п.2 ст.314 ГК РФ.

С нашей точки зрения, постановление апелляционной инстанции по данному делу является законным и обоснованным. Остается добавить, что оно было оставлено в силе кассационной инстанцией и ВАС РФ*(30).



следующая страница >>