refik.in.ua 1 ... 27 28 29 30 31 32


В самую последнюю секунду он успел вывернуть руль влево, и машина, пролетев через зеленую разделительную линию из олеандров и через три встречные полосы, покатилась вниз по склону между кустов и камней и наконец с грохотом остановилась, врезавшись в ствол сосны. Двигатель, как ни странно, еще продолжал работать. Андре наклонился и дрожащей рукой повернул ключ зажигания.



* * *

Кажется, все прошло хорошо, думал Параду. Даже очень хорошо. Было бы еще лучше, если бы на встречной полосе легковушка врезалась в какой-нибудь грузовик, но и так сойдет. Ему остается только спуститься вниз и подсчитать сломанные шеи. Но сначала надо найти место для разворота и вернуться к искореженной машине.



* * *

Ничто не разгоняет пары алкоголя так быстро, как нечаянная встреча со смертью. Когда трясущиеся Люси, Андре и Сайрес взобрались по склону на шоссе, они были уже совершенно трезвы.

— Сможете перебежать на ту сторону? — спросил Андре. — Там проголосуем, и кто-нибудь подбросит нас до Экса.

Они дождались просвета в движении, ощутили всплеск адреналина, бегом преодолели показавшуюся им бесконечной ширину шоссе и, тяжело дыша, остановились на обочине. Завидев приближающуюся фуру, Андре выставил руку с поднятым большим пальцем, но машина, не останавливаясь, пролетела мимо. Так же поступили и полдюжины следующих грузовиков.

— Нет, так не пойдет, — решительно сказала Люси. — Вы двое пока спуститесь вниз. Поднимитесь, когда я свистну.

Дождавшись, пока мужчины спрячутся в темноте, она расстегнула две верхние пуговки на блузке, чуть повыше подняла и без того короткую юбку, а когда на нее упал свет приближающихся фар, улыбнулась и подняла руку.


Почти сразу же раздался визг тормозов, и водитель распахнул пассажирскую дверь. Он с одобрением оглядел девушку, а она еще шире улыбнулась и, поправляя бретельку лифчика, спросила:

— Экс?

— Paris, sivousvoulez, ch [71].

— Отлично.

Она свистнула, и Андре с Сайресом вынырнули из темноты так быстро, что водитель не успел захлопнуть дверь. Несколько сотенных купюр помогли ему справиться с разочарованием, а рассказанная Андре история об отказе тормозов и аварии вызвала такое сочувствие, что он даже согласился забросить их в центр города. Когда они входили в отель, Параду с пистолетом в руках все еще шарил в кустах в поисках тел.



* * *

Хольц и Камилла сидели рядом во враждебном молчании. Они начали ссориться еще в «Ритце», продолжили в машине и не стали мириться в самолете, совершающем последний за день рейс в Марсель. Камилла не могла простить Хольцу, что он вытащил ее из Парижа только ради того — она отлично это знала, а он даже не дал себе труда отрицать, — чтобы она играла роль запасного водителя и мальчика для битья. Все складывалось очень плохо и должно было стать еще хуже: им светила ночевка в маленькой, примитивной гостинице при аэропорте, Руди пребывал в отвратительном настроении, а ей совершенно нечего будет надеть завтра, потому что из Парижа они уехали в страшной спешке и почти без вещей.

Гостиница оказалась еще хуже, чем Камилла представляла, а портье гнусно ухмылялся, когда они явились без багажа и потребовали номер на ночь. Можно подумать, кому-нибудь в здравом уме придет в голову выбрать марсельский аэропорт для романтического свидания! Все это было так мерзко, что не укладывалось в слова.


В номере Хольц первым делом бросился к телефону, долго с кем-то говорил и остался явно недоволен результатом. Взглянув на его злое лицо, Камилла поспешно заперлась в ванной и начала набирать воду в надежде, что, когда она выйдет, он уже уснет.

Следующее утро не принесло никаких изменений к лучшему. Они очень рано встали, на такси доехали до Экса, встретились там с Параду и теперь сидели в его машине у входа в отель «Негр-Кост».

— Вы уверены, что они еще там?

Параду повел на Хольца красным, невыспавшимся глазом.

— Я спрашивал у дежурного. Ночью они явились все втроем, хотя я, убейте, не понимаю, как им это удалось. С тех пор я торчу здесь.

В машине опять воцарилось молчание. Ни красота зеленой тенистой улицы, ни солнечные пятна на маркизах кафе, ни чудные звуки и запахи пробуждающегося города нисколько не радовали этик троих. Камилла злилась, Хольц нервничал, а Параду мучился от сознания своего бессилия. Он сунул руку подмышку и потер пальцем заветный крестик, вырезанный на стволе пистолета. В третий раз ему должно повезти: теперь он будет стрелять с близкого расстояния, чтобы видеть, как они умирают. Он зевнул и закурил сигарету.

В пятидесяти ярдах от них, за стенами отеля, другая троица, заметно присмиревшая, сидела за завтраком. После шока и выпитого за обедом алкоголя все они спали как убитые, а утром, вновь обретя способность ясно мыслить, пришли к единодушному мнению, что вчерашняя авария не была случайностью. Сайрес еще раз предложил Люси и Андре уехать, и они еще раз решительно отклонили его предложение. В конце концов, им оставалось всего лишь добраться до Кап-Ферра, но только не во взятой напрокат машине — с этим согласились все. До дома Анук в Ле-Кроттен они поедут на такси, а дальше пересядут в машину к Францену.


Когда такси покинуло Экс, настроение пассажиров начало быстро улучшаться. Солнце стояло уже высоко, а на узкой дороге, бегущей параллельно Сен-Виктуар, не было заметно ничего угрожающего. Гора, залитая утренним светом, больше не казалась ни таинственной, ни зловещей. По пыльным тропинкам между виноградниками сновали грузовички и тракторы, по обочине прыгали сороки, а на небе не было видно ни облачка. Начинался обычный, прекрасный день.

Машина подъехала к развилке и начала короткий крутой подъем к Ле-Кроттен. Таксист на чем свет стоит ругал двух деревенских псов, твердо решивших разодрать на куски шины.

— Дом с голубыми ставнями, — подсказал Андре, — на самом краю. Там должен стоять «ситроен».

Водитель снова начал ругаться, когда обнаружил, что не сможет развернуться на узкой дороге, а значит, ему придется пятиться задом. Эти деревни строят для ослов, а не для людей! Щедрые чаевые примирили его с жизнью, и он даже удостоил своих пассажиров кивка на прощанье.

Францен распахнул дверь, даже не дав им постучать.

— Salut, mesamis. Заходите, заходите.

Он пожал руки мужчинам, расцеловал Люси, уколов ее усами, и провел гостей в большую комнату с низким потолком. Анук любит поспать, объяснил Францен, но она просила передать, что желает всем bonvoyage и надеется скоро увидеться с вами снова.

— Но пока мы не уехали, я хочу вам кое-что показать. — Он махнул рукой в сторону камина. — Свет здесь, конечно, так себе, но все-таки согласитесь, что не каждый способен увидеть разницу, даже когда видит их вместе. Как вам кажется, Сайрес?

С каминной полки на них смотрели «Женщина с дынями» Сезанна и ее сестра-близнец, столь же безмятежная, прекрасная и практически неотличимая.


Сайрес подошел поближе и покачал головой:

— Должен поздравить вас, Нико. Это просто изумительно. Откройте мне профессиональный секрет: сколько времени вам требуется…

— Сайрес! — позвал его Андре. Он стоял у окна и смотрел на плотного, коротко стриженного мужчину в темных очках, который только что вы лез из белого «рено». — Кто-то приехал, — сообщил он и секундой позже испуганно воскликнул: — Господи, да у него пистолет!

На несколько мгновений они замерли, точно четыре статуи, и только громкий стук в дверь привел их в чувство.

— На кухню! — скомандовал Францен. — Там черный ход.

Он схватил с камина картины и вывел всех в маленький дворик, огороженный высокими стенами. Железная калитка открывалась в узкий проход между домами.

— Моя машина сразу за углом.

— Да, — согласился Сайрес, — и там же наш друг с пистолетом.

— Постойте. — Андре показал пальцем на картины в руках голландца. — Он наверняка приехал за ними. Нико, дайте-ка мне одну, другую пусть возьмет Сайрес, а вы держите наготове ключи от машины. Лулу, встань у меня за спиной, а вы, Нико, вставайте за Сайресом. Держитесь поближе, и все будет в порядке. Кому нужен Сезанн с дыркой от пули?

Параду отошел от двери, чтобы заглянуть в окно, и тут же услышал крик Хольца. Он резко развернулся и увидел, как из-за угла дома выходят две картины — каждая на четырех ногах. Идиоты. Мир полон идиотов. Он покачал головой и поднял пистолет.

— Нет! — завопил Хольц, едва не вывалившись из окна машины. — Ради бога не стреляйте! Францен… Нико, мы ведь можем договориться. Выслушайте меня. Произошло недоразумение. Я все объясню…


Под прикрытием картины Францен открыл дверь машины и завел двигатель. Люси и Андре забрались на заднее сиденье, Сайрес плюхнулся на переднее, и «ситроен» сорвался с места. Они проехали так близко от «рено», что Андре разглядел бледное от ужаса лицо Камиллы.

— Ему придется выбираться задним ходом, — сказал Францен. — У нас есть несколько минут форы.

Через заднее стекло Андре видел, как Параду садится в машину.

— Надо ехать на автостраду, — сказал он. — Там большое движение, и они побоятся стрелять. Где здесь ближайший выезд?

— Только в Сен-Максимене. Думаете, они станут нас преследовать?

Сайрес взглянул на картину, лежащую у него на коленях.

— Тридцать миллионов долларов? Конечно станут.

Они уже вырвались из деревни и теперь ехали по шоссе, такому прямому и плоскому, что на нем невозможно было спрятаться. Францен выжимал из своего «ситроена» всю возможную скорость, а Люси и Андре, не отрываясь, следили за дорогой через заднее стекло.

Полчаса прошло относительно спокойно, если можно назвать спокойной гонку на предельной скорости по одной из самых опасных дорог во Франции. Когда впереди показалась развязка и выезд на южную автостраду, все вздохнули с облегчением.

Францен пристроился в очередь к одному из пунктов приема платежей и только тогда перевел дух.

— Нет, мне все-таки больше нравится подделывать картины, — ухмыльнулся он, повернувшись к Сайресу. — Не хотел бы я еще раз пережить такое. Все целы? Сердечного приступа ни у кого не случилось?


— Хотел бы я знать, — подал голос Андре, — что это за парень…

— Андре! — испуганно перебила его Люси. — Он здесь.

Он проследил за ее взглядом и увидел, как в соседнюю очередь становится белый «рено». Параду смотрел прямо на них и улыбался.



* * *

— Руди, это просто смешно. — Голос Камиллы дрожал, и она чувствовала себя совершенно разбитой, хоть и просидела последние полчаса с зажмуренными глазами. — Так же нельзя! Я хочу сказать… этот пистолет и…

— Заткнись, — коротко бросил Хольц. — Какие предложения, Параду?

— Автострада — это, конечно, плохо для нас, но они же не всегда на ней останутся. Будем держаться поблизости и ждать.

— А если они обратятся в полицию? — сделала еще одну попытку Камилла.

— У них в машине краденая картина плюс подделка. Я просто хочу вернуть свою собственность. Я буду рад, если они обратятся в полицию, но только они этого не сделают. Вы правы, Параду. Поезжайте за ними.

Повиснув на хвосте у «ситроена», они проехали Бриньоль, Фрежю, Антиб и Канны. Камилла забилась в угол и с тоской вспоминала о спокойном и безопасном Нью-Йорке. Хольц перебирал варианты развития событий. Будь он на их месте, он бы ехал в сторону Италии, а потом свернул на Цюрих. Пайн, несомненно, знает, к кому там нужно обратиться, чтобы продать картину. Но это не близкий путь, и по дороге им придется остановиться хотя бы для того, чтобы заправиться. Потом наступит ночь. Параду не упустит шанса. За свою долгую и непростую жизнь Хольц не раз убеждался в том, как важно иметь терпение. Рано или поздно они совершат ошибку.




* * *

Нервное напряжение не может продолжаться вечно: через какое-то время человек перестает паниковать, приспосабливается к обстоятельствам и начинает мыслить логически. Так в конце концов произошло и с пассажирами «ситроена». Однако Кап-Ферра становился все ближе, а белый «рено» ни на минуту не исчезал из зеркала заднего вида. С этим надо было что-то делать.

Выход придумал Андре. Он предложил совершить обманный маневр — заехать в аэропорт.

— Во-первых, там всегда полно машин, и, может, нам удастся от них избавиться. А во-вторых, они могут поверить, будто мы хотим улететь на самолете. Надо заехать на одну из парковок и выехать с другой стороны.

Францен кивнул и крепче взялся за руль.



* * *

— Проклятье! Они собираются улетать, — рявкнул Хольц.

Параду отчаянно старался не упустить из виду «ситроен», кружащий по забитому машинами лабиринту на подъезде к аэропорту. Ему это удавалось до тех пор, пока дорогу им не перегородил выруливающий со стоянки автобус с туристами. Две драгоценные минуты были потеряны, и когда автобус освободил проезд, «ситроен» исчез.

— Поезжайте к залу вылетов, — распорядился Хольц.

Но, как скоро выяснилось, в аэропорту Ниццы имелось два таких зала и их разделяло приличное расстояние. Оставив Камиллу и Хольца у входа в один из них, Параду бегом бросился в другой и был вознагражден возможностью полюбоваться на хвост «ситроена», выезжающего с парковки на дорогу с указателем «Все направления».

<< предыдущая страница   следующая страница >>